Здравствуйте Гость ( Вход | Регистрация )

Каскадный · Стандартный · [ Линейный ]

> Морган, Литература

Морган
post Sep 3 2005, 23:04
Отправлено #1


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Мои рассказы - случай клинический. Особенно этот, посвежее. Взять хотя бы то, что писался он ночью часа этак в 2. Ночью я как правило хочу спать, с чем борюсь кофеином. Помогает это слабо, зато вводит в состояние некоего транса, в котором рождаются подобные опусы. На проффесионализм, понятно, не претендую, но приятно было бы узнать, что думают по сему поводу форумчане.

Он, облачённый в тёмный костюм, шёл по оживлённой улице, и толпа разделялась на два рукава, не доходя до Него нескольких шагов. Он неслышной тенью скользил сквозь людской поток навстречу своей цели. Если бы кто-нибудь переступил невидимую границу, отделявшую Его от толпы, он бы почувствовал, как умирают все звуки, как блекнут и выцветают краски, как липкий страх чёрным щупальцем заползает ему в душу, отравляет кровь, пожирает разум и застилает глаза. Но никто не решился на это.
Его лицо было неотличимо от сотен лиц, окружавших Его – таких близких, но отсечённых незримой, неосязаемой чертой. Лицо не запоминалось, не могло остаться в памяти более, чем на десять секунд. Это не было Его желанием, хоть Он и был доволен таким раскладом. Это было… впрочем, не сейчас.
Лицо сразу же стиралось из памяти, стоило вам отвести взгляд, но вы бы не спутали Его ни с одним человеком. Было две вещи, которые вдалбливались, вбивались ржавым гвоздём вам в память. Первое – это Его губы. Тонкие и почти бесцветные, они вечно были искривлены в горькой, но какой-то беспощадной усмешке. Так могла бы улыбаться Смерть, если бы у неё было лицо, чтобы улыбаться.
Второе – это глаза…. Поверхностный взгляд сказал бы вам, что у Него просто нет глаз, но это было не совсем верно. В действительности, на месте глаз зияли чёрные провалы. Не видно было внутренности глазниц, не видно было ничего – лишь тьма, лишь пустота. Как будто сквозь Его тело кто-то смотрел на этот бренный мир, словно тело было маской, лишь по глазам в прорези глазниц которой можно было судить о её владельце. И это было уже ближе к истине.
Он смотрел прямо вперёд и видел лишь свою цель. Как толпа не замечала Его, так и он не обращал на неё внимания. Ничто не должно отвлекать от цели, когда она так близка. Толпа обладает собственным разумом. Когда ты находишься в толпе, ты невольно становишься её частью. Безвольный маленький кусочек, подобно клетке ты выполняешь свои функции, а после просто затухаешь, когда в тебе пропадает необходимость. Мало кто способен это заметить, ведь толпа редко по-настоящему пробуждается. Единственный способ остаться собой, не раствориться, пусть и на время, в общем потоке – это игнорировать толпу. Не просто игнорировать, но не замечать её. И опять-таки мало кто понимает это и умеет пользоваться этим знанием. Он умел. Он довёл свой метод до совершенства, вырастив непробиваемую броню вокруг себя. И было… ещё кое-что. Смерть ощущений и страх не входили в Его первоначальные планы. Но они стали Его вечными преданными спутниками. Его это устраивало… пока, и Он не стал ничего менять.

Подъезд был сравнительно чистым. На стенах его красовались всего лишь две надписи, один рисунок, да несколько тёмных подводов. Он неспешно подошёл к нужной ему квартире – 59 – на двери в неё был знак – одно слово на древнем языке, который не должен был знать ни один смертный, и который знали слишком многие – слово «Жизнь». Он позвонил в чуть обшарпанную, но в целом неплохую дверь. Он не любил лишних эффектов. С резким криком звонка как будто разбился невидимый кокон, заключавший в себе Его. Вернулись краски, звуки стали как будто бы ещё пронзительней, нежели до Его появления. Но самое главное, исчез чёрный страх, растворился без следа…. Хотя нет, не исчез, лишь затаился на время в карманах Его костюма, покорно ожидая, когда ему позволено будет вырваться на свободу.
Дверь медленно приоткрылась. На пороге стоял низенький человечек. Видно было, что в последнее время он сильно сдал. Впалые щёки, мешки под глазами, от которых тянулись две бороздки от слёз, нездоровый, чуть зеленоватый цвет лица и запах перегара. Этот человек долго не спал и много пил в одиночестве.
Несколько секунд человечек тупо разглядывал носы своих ботинок. Когда он наконец поднял взгляд, его лицо перекосилось от ужаса, не предназначенного для простого смертного. Он прошептал еле слышно, но Он услышал:
- В… вы – это…
Он позволил себе лёгкую тень улыбки. Он знал этот взгляд, этот ужас. Лишь одного смертный мог бояться именно так, как боялся этот человек.
- Нет, я - не он. Я успел раньше. И я тот, кого ты вызвал, начертав на двери тот символ. А теперь, я бы хотел войти. – Его голос был удивительно спокоен и тих. Он не выражал никаких эмоций и больше всего напоминал шелест осенних листьев на ветру.
Человечек судорожно вздохнул и попятился. Ужас в его глазах не исчез, наоборот, он как будто бы даже возрос. Он переступил порог. Почти ритуал – нельзя переступать порог, пока хозяин дома не разрешил тебе, пусть даже и косвенным образом. Это ничем не грозило, просто старая традиция. Но её уважали все. А этого было нелегко добиться.
Квартира была достаточно бедненькой, но вроде бы чистенькой. Чего и следовало ожидать. Он не приглядывался к деталям – они не имеют значения. Если вдуматься, то ничего не имеет значения, кроме того, что ты сам почитаешь важным. Он находил подобную философию… удобной.
Человечек пытался идти впереди, показывая дорогу и не понимая, почему Он знает, куда идти. В небольшой комнатке, видимо спальне, прямо на полу лежал открытый гроб. В гробу в свою очередь лежала удивительно красивая как для этой квартиры, так и для человечка женщина. Нельзя сказать, что она была совершенством, но она приложила все усилия, чтобы стать таковой. В подобных ситуациях принято говорить, что смерть её была похожа на сон, но неестественный изгиб шеи и несколько кровоподтёков мешают мне следовать традиции.
Он равнодушно скользнул взглядом по её лицу. Ни её одежда, ни одежда человека Его не интересовали, как не интересовали бы в аналогичной ситуации хирурга.
Человек, заметив Его взгляд, чуть заметно шевельнулся.
- Она каждую неделю ходила делать покупки, и понимаете…
Он взмахом руки остановил человека. Он знал, что собирается поведать человек. Он слышал слишком много подобных историй в последнее время.
- Мне не интересна её история. Но я хотел бы задать тебе несколько более существенных вопросов, если ты всё ещё хочешь, чтобы я сделал то, за чем ты вызвал меня.
Человек несколько раз сменил выражение лица. Видно было, что он принимает некое непростое для него решение. Наконец он закусил губу и мелко кивнул.
- Гхм, да, конечно, спрашивайте.
- Кто показал тебе символ, что начертан у входа в твоё жилище?
Человек ещё больше позеленел, потом всхлипнул.
- Я… я не знаю его, правда! Он подсел ко мне в баре, я ещё запомнил его длинные, но абсолютно седые волосы. Он сказал мне, что знает о моём… моей беде и может помочь мне. Он рассказал мне о вас, я не поверил ему, конечно. Но он убедил меня, что я ничем не рискую, что надо только начертать тот знак, и вы придёте и всё исправите. Он сказал, что вы быстро найдёте меня, если успеете. Он сказал, что вас может опередить другой человек, похожий на вас глазами. И если он придёт первым, то уже ничего нельзя будет сделать. Но вы пришли, и теперь вы всё вернёте, как было, так ведь?
Он медленно кивнул своим мыслям. Среди Его знакомых, только одно существо, обладая знаниями древнего языка, предпочитало появляться с длинными седыми волосами. Что за игру он ведёт? Зачем ему помогать какому-то человеку? Выяснить это было почти невозможно. Ладно, всё это потом, потом. Сначала надо покончить с целью Его визита, а уже потом разбираться в странностях этого мира.
- Я могу воскресить её, если ты это имеешь в виду. Но сначала ты должен ответить мне на один вопрос.
- К… какой? – человек зачарованно смотрел на губы незнакомца.
- Что ты готов отдать мне за её жизнь?
- Э, а, ч… что? Мне не говорили ничего о плате!
- И всё же я повторяю свой вопрос. Таков древний договор – я должен спрашивать о плате.
- Тогда, что тебе нужно?
- Мне уже ничего не нужно, - бледная тень улыбки умерла на Его лице, - это твой выбор и твой ответ.
Человек до крови закусил губу. Глаза его лихорадочно перескакивали то на открытый гроб, то на странного незнакомца с пустыми глазами. Наконец, придя к какому-то решению, человек распрямился, приосанился и отчётливо, хоть и негромко, произнёс:
- Свою жизнь!
Он опять задумчиво кивнул своим мыслям.
- Что ж, это твой ответ.
С этими словами Он нагнулся над гробом, прикасаясь губами ко лбу трупа, выдыхая синеватый дымок, тут же втянувшийся в рот и ноздри женщины. В тот же миг она глубоко, судорожно вздохнула, но потом задышала спокойно и ровно. Он не любил лишних эффектов, как уже было сказано. Пропал неестественный изгиб шеи, рассосались кровоподтёки.
- Она будет спать до последнего луча солнца. Я подумал, что ей не стоит меня видеть. Советую тебе переложить её в кровать и убрать куда-нибудь гроб. Прощай, мы больше никогда не увидимся.
- А… Кхм, а разве ты не убьёшь меня?
- Зачем мне убивать тебя? Я лишь задаю вопрос и выполняю условия договора. Я не забираю плату, ведь у смертных нет того, что я ищу.
- А… а что было бы, если бы я сказал, к примеру, что готов отдать, скажем, сколько-то денег?
- Это был бы твой ответ. Главная ошибка людей в том, что они почитают человеческую жизнь за что-то действительно ценное. Это не так.
Не проронив больше ни слова, Он вышел в толпу. Хотя, скорее тут было бы уместнее сказать, нырнул. Ибо толпа никогда ещё так не напоминала бурлящую реку. Тот час же невидимая граница вновь отделила Его от послушных рабов толпы. Человек, которому полегчало от осознания отсрочки смерти на неопределённое время, почти спокойно закрыл за Ним дверь.

Я не стану описывать сцену воссоединения семьи. Скажу лишь, что смех чередовался со слезами, а горькие воспоминания с радостью возвращения. Но для полноты картины, я думаю, будет уместно описать сцену, произошедшую четырьмя часами позже, под утро.
Человек, чьё имя так и осталось для меня неизвестным, уже почти засыпая, почувствовал, как его вновь обрётённая супруга вдруг приподнялась на кровати, намереваясь встать.
- Куда ты? – с беспокойством спросил он, протирая глаза.
- Я хочу пить. Схожу на кухню и сразу вернусь. Со мной ничего не случиться, обещаю. – Улыбаясь, ответила та. В улыбке этой сквозила какая-то странность, но человек не обратил на это внимание. Иногда на самые важные вещи не обращают внимание, принимая их за пустяки. Если вы верите, что важные вещи действительно есть, конечно.
Человек умиротворённо кивнул и снова откинулся на подушку.
Женщина прошла на кухню, налила стакан воды. Медленно, процеживая воду сквозь зубы, она опустошила стакан. Потом, со всё той же странной улыбкой на лице, она выдвинула ящик стола, достала самый большой кухонный нож и стала медленно подниматься наверх.

Он стоял на вершине невысокого холма и смотрел на город. Губы были растянуты в старую усмешку.
- Я никогда не беру платы, ведь у смертных нет того, что я ищу. Я лишь задаю вопрос. Плату всегда взимает кто-то другой.



//Примечание - первоначально местоимения, относящиеся к глав. геру выделялись курсивом, но он почему-то не переносится по автомату в текст ответа, а перерывать весь текст мне лень.
Top
Profile Card
+
Ответов(30 - 44)
Морган
post Mar 7 2006, 13:30
Отправлено #31


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Частично мой сон, частично его обработка:

Я ищу Силу в бессилии, я ищу разум в отсутствии мыслей. Лишь там, где нет ничего, можно найти абсолют… Я хочу обрести Милу, потому что не могу просто жить, я хочу обрести разум, чтобы знать причины и следствия моих поступков, ведь Сила бесполезна, когда не знаешь, к чему приведут твои действия.
Я открываю глаза и вижу небо. Небо – это бездонная пропасть, из которой нет возврата. Когда я смотрю в неё, она смотрит в меня, она пожирает мою душу, и я отворачиваюсь.
Вокруг меня – равнина, покрытая снегом. Он режет взгляд, сливается на горизонте с бездной неба. Но подо мной – прах, я понимаю, что прах – это моя плоть, она поглощает меня, снег смыкается надо мной, заключая в тесную гробницу.
Я погружаюсь всё ниже и ниже, но не могу умереть, как не могу жить.
Становится всё холодней и холодней, хоть моя плоть – моя тюрьма – и не чувствует холода. Это замерзает моя душа.
Осколком льда падаю я сквозь камень и снег. Лёд – это отныне моя плоть. Лёд – это тюрьма.
Тысячу лет лежу я в земле, бессильный, изгнавший мысли… Не обретший ни Силы, ни разума… Заключённый в собственной тюрьме…
Огонь тревожит меня, я вновь открываю глаза…
Руины, где когда-то сверкало стекло. Место, где безумие стало просветлением, где жизнь и Смерть слились воедино, забывшись в вечной кровавой оргии…
Люди с железными лицами поднимают меня, разнимают руки, распиная на двух перекладинах, оставшихся от каркаса здания.
Они падают предо мной ниц, их мольбы обращены ко мне.
Они воздвигают новые здания, и здания оживают, лишая их душ. Люди сами отдают им души, поклоняясь Стеклу и Крови… И мне…
Они возносят мне всё новые и новые молитвы, в которых я обретаю тысячи имён, и приносят кровавые жертвы.
Я вкушаю жертвы, они нравятся мне всё больше. Лёд на мне обращается в сталь. Сталь – это власть, сталь – это клетка…
Я разверзаю застывшие уста, требуя новых жертв. Люди с радостью вскрывают себе жилы, отдают мне свои сердца и души.
Я обретаю Силу. Не ту, что искал. Я обретаю просветление разума. Оно – безумие, теперь я знаю это.
Я врастаю в Город, он врастает в меня. Люди – его части, лишённые душ.
Город – мой Театр. Я разыгрываю пьесы, чтобы потешить свой взор, дать пищу разуму. Я люблю смотреть, как люди умирают, и их плоть присоединяется к их душам, сливаясь в вечном безумии Города.
А ночью, когда мой разум спит, Сила свободно изливается в Город, преображая его. Я люблю вспоминать свои сны – переливы огней и кровь, превращающая Стекло в рубины.
Я возвышаюсь над Городом – Железный бог своих марионеток – и улыбаюсь, глядя на них. Это мой Город, я сотворил его, а не эти люди.
Город – моя плоть. Плоть – это тюрьма.
Top
Profile Card
+
Морган
post Mar 23 2006, 19:48
Отправлено #32


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Навеяно "Американскими богами" Геймана.

Верховный шаман был облачён в чёрную мантию, в ткань которой были вплетены мелкие кости. Из тех же костей были его ожерелье и браслеты, они же вплетены в волосы и вставлены в нос.
В тёмном зале курились священные благовония, и шесть фигур в чёрных балахонах расплывались, растворялись в полумраке.
Оглядев свиту, Верховный шаман ударил в бубен, и начался ритуал.
Дикая пляска вокруг чёрного прямоугольного алтаря в дыму благовоний, нечленораздельные крики, вводящие колдунов в транс.
Дым обволакивал плоть, плоть растворялась в нём, в зале вспыхивали всё ярче огни свечей – и всё гремело, сверкало, кружило в едином действе.
Танец достиг своей кульминации – отбросив бубен, Верховный шаман ритуальным ножом вспорол предплечье и размазал кровь по алтарю, с силой вдавливая.
Грань алтаря, обращённая к колдунам, засветилась призрачным огнём и подарила чудеснейшие грёзы, унося колдунов в иной мир, в иное время, далеко из дымной комнаты, в лучший из снов…
***
Свет, яркий, словно тысяча свечей, залил комнату.
Шесть наркоманов в рваных халатах и один увешанный куриными костями, с распоротой бритвой рукой, прищурили воспалённые глаза.
Опиумный дым змеёй обвивал их, растворяя в себе.
Горели огарки свечей, восковая корка покрыла почти весь пол.
Посреди комнаты тускло светился экран старого чёрно-белого телевизора…
Top
Profile Card
+
Морган
post Apr 17 2006, 15:48
Отправлено #33


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Вот, пришло как-то в голову. Показалось забавным.

Люди в белом скрутили меня,
Ремнями опутали, словно убийцу.
А главный никак не хочет понять,
Я не человек, теперь я птица.

Как в клетке огромной
Я заперт с собою
В комнате тёмной,
Вокруг – жёлтый войлок.

Что я сделал не так?
Я всего лишь летал,
Всего лишь летал, когда пела душа.
Что я сделал не так?

Безумцем назвали,
К земле привязали
И крылья обрезали
Чёрными лезвиями.

Они захотели меня исцелить
За то, что я смог взлететь,
За то, что смог убежать от судьбы
Жизнь на земле прожить.

Что я сделал не так?
Я всего лишь летал,
Всего лишь летал, когда пела душа.
Что я сделал не так?

И теперь мне осталось лишь умереть,
В ненавистную землю лечь.
Остатки крыльев сложить на груди,
Чтобы больше уже не взлететь…
Top
Profile Card
+
Морган
post Jun 18 2008, 13:00
Отправлено #34


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Оказывается, у меня есть собственная тема.
Этим надо пользоваться.

Вышел тут у меня с одним человеком спор по поводу торсионных полей. Я-то стою на позиции, что это шаманство от науки... Но вот любопытной стала идея, и родился этот рассказ. Скорее даже зарисовка. О том, что люди предполагают и о том, как всё могло бы обернуться на самом деле...

[b]Мартин Мюррей обретает бессмертие[/b]

«For we which now behold
These present days
Have eyes to wonder
But lack tongues to praise»
Уильям Шекспир

Профессор Трисмегист сидит в глубоком кресле, потирает козлиную бородку и мрачно смотрит на приборы.
Левая панель. Пульс, частота дыхание, интенсивность потоотделения… И так далее, и тому подобное. Всё в норме. Состояние Мартина Мюррея удовлетворительно.
Правая панель. Приборы регистрируют излучение во всех мыслимых диапазонах. Электромагнитное поле, инфракрасное и ультрафиолетовое излучения, радиационный фон, звуковые колебания, включая инфра- и ультразвуковые частоты… Даже гравитационное поле. Учтено всё, что только можно учесть. Пока что приборы не регистрируют ничего необычного. Только излучение в инфракрасном диапазоне, означающие присутствие в комнате человека.
Центральная панель. Видеоэкран. Камера находится под потолком, так, чтобы давать обзор всей комнаты. Комната заполнена приборами, датчиками, микрофонами, резервными камерами, которые вряд ли потребуются. Из-за переплетений кабелей не видно пола.
В центре комнаты – койка. На ней полулежит Мартин, оплетённый системой датчиков.
Мартин нервничает, профессор видит это по приборам на левой панели. Но это нормально. Все добровольцы нервничали перед экспериментом.
Профессор вздыхает и кивает Джону – своему ассистенту. Пора приступать.
Это уже третий эксперимент. Предыдущие не дали ничего. Если провалится и этот, финансирование лаборатории остановят. Последний шанс. На этот раз всё должно пройти гладко.
Джон отдаёт несколько указаний младшим помощникам, переключает нужные тумблеры.
На правой панели загораются несколько огоньков, показания приборов меняются, фиксируя излучение во всех диапазонах.
Через секунду показания изменяются показания приборов на левой панели – Мартин испуган. Он чувствует, как что-то начинает меняться. Как он сам начинает меняться.
Изменения становятся видимыми. Мартин постепенно исчезает. Его руки истончаются, льётся кровь. Красные искры вспыхивают на экране яркими искрами, прежде чем исчезнуть. Мартин кричит. Динамики дают возможность услышать ужас, звучащий в этом крике, приборы на левой панели – увидеть.

Они все кричали. Два добровольца, вот уже третий, один за другим. Без семьи, без связей, без работы, без медицинской страховки. И без претензий, как они сами заверили в контрактах. Им просто нужны были деньги. Только один из них интересовался сутью экспериментов, но Трисмегист дал чёткое распоряжение не разглашать информацию больше необходимого. «Исследование торсионных полей и возможностей расширения сознания», так говорили испытуемым. Они думали, что это будут какие-то наркотики или даже исследование их снов. Лучше добровольцам не знать, что им предстоит. Они ведь могли и отказаться от эксперимента. Тогда бы финансирование прикрыли уже давно.
Профессор прикрыл глаза. Почти сразу же экран заполнился ярким светом. Приборы на правой панели зашкалило. Приборы на левой панели перестали регистрировать какие-либо данные. Все камеры выходят из строя.
Мартин исчез. Как и двое до него.

Преобразование человека в чистую энергию. Следующая ступень эволюции. Новый виток прогресса. Бессмертие.
Трисмегист тяжело вздохнул. Долгие исследования, попытки уловить неведомое излучение, жаркие споры с учёными-ретроградами… Они никогда не понимали его…
Наконец, зацепка, нить, ведущая к величайшему открытию, которое только может вообразить себе человек…
Способ преобразовать человека в энергию, в чистое сознание, в личность без тела найден. Он работает, действительно работает. Только вот энергия, едва появившись, утекает неведомо куда. И нет способа отследить её, нет способа связаться с преобразованными… Если они вообще есть, если после преображения человек продолжает существовать, а не исчезает бесследно.
Были проведены два эксперимента. Убиты два человека. Профессор и хотел бы провести предварительные эксперименты на животных, но метод преобразования подходил только для человеческого сознания.
Два эксперимента… И ничего. Люди исчезли. Трисмегист был уверен, что они перешли в иную форму существования, но вот военные, которые финансировали лабораторию, - нет. И как их убедить в обратном, если с преображёнными добровольцами невозможно было связаться? Он-то обещал военным идеальных солдат. Невидимых, в мгновение ока способных перемещаться куда угодно, убивающих прикосновением к разуму врага…
Были испробованы все способы. Изменены все параметры настройки приборов, разная интенсивность воздействия, различные временные интервалы фаз преобразования…
Всё впустую.
Это был третий эксперимент. Если и на этот раз не будет никакого отклика с той стороны, на исследованиях можно будет ставить крест.

Трисмегист скребёт бороду, отвлекаясь от воспоминаний. Бросает взгляд из-под густых бровей на побледневшего Джона.
- Есть хоть что-нибудь? – устало спрашивает профессор, хотя уже знает ответ.
Джон кусает губу, пробегает взглядом по приборам, в попытке найти хоть малейшее колебание.
- Нет, профессор. Ничего. Как и всегда.
Трисмегист мрачно кивает. Всё кончено.
- Скажи Марку, чтобы он составил отчёт об эксперименте и послал наверх. Пусть возьмёт прошлый отчёт и заменит имя Роберта Дорема на Мартина Мюррея. Всё равно ничего нового нет. Лабораторию я сам опечатаю.
- Профессор… - Джон бледен, волосы растрёпаны, на его лице – недельная щетина, а глаза красные от лопнувших сосудов, - Это конец?
- Да.
- Что теперь будет?
Профессор Трисмегист усмехается. Торсионные поля – уже прошлое. Но у него есть достаточно идей, которые могут заинтересовать доверчивых людей. Доверчивых и богатых.
- Достань мне свинцовый ящик. И кота. Возьми из приюта, мне нужен здоровый кот.
- Зачем?
Трисмегист нервно смеётся.
- Будем заниматься квантовой механикой.


Мартин не может закрыть глаза. Он не может пошевелить рукой. Он не может даже вздохнуть. У него нет тела, только сознание. И всё же он видит. Видит пустоту вокруг и огни в ней. Море тусклых огней, где каждая искра – это человек. Море тусклых огней далеко от него. Он думает, что они внизу, но низ и верх теперь не имеют для него смысла.
И два огня наверху. Более яркие, более… отчаянные. Мартин знает, что они такие же, как он сам теперь. Он знает многое из того, о чём раньше не мог и помыслить. Чего Мартин не знает, так это что делать ему с новым знанием?
Мартин легко может преодолеть любое расстояние – это вопрос мысли. Но меняется от этого только узор огней вокруг. Он не может ни к чему прикоснуться. Он не может ни с кем поговорить. Он не может даже закричать, ведь у него нет рта. Зато он знает, что эта фраза – «у меня нет рта, но я должен кричать» - принадлежит перу Харлана Эллисона.
Мартин только видит огни и знает то, что не хотел знать.
Мартину становится холодно, но он знает, что это всего лишь его воображение – единственное, что у него есть. И от этого знания ему хочется плакать.
И ещё он знает, что это – навсегда.
Мартин Мюррей обрёл бессмертие.

Сообщение отредактировал Морган - Jun 18 2008, 20:34
Top
Profile Card
+
Lyencha Borz
post Jun 18 2008, 23:46
Отправлено #35


Group Icon


Пол: женский

Сообщений: 851
Из: Visita Interiora Terrae; Rectificando Invenies Occultum Lapidem
Status: Offline



Замечательно. Особенное спасибо за кота Шрёдингера.
Top
Profile CardEmail Poster
+
Морган
post Jun 19 2008, 12:32
Отправлено #36


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Спасибо, я старался обратить всё в мрачную шутку в описании эксперимента.
И добавить не менее мрачного Экзистенциального Ужаса, Таящаегося За Приоткрытой Дверью (тм) после.
Вообще, мне пожалуй, нравится такой формат - описывать эксперименты профессора, кончающиеся неудачей, рассказывать о том, как он их бросает...
А затем давать маленькую зарисовку из жизни тех, кого он оставил позади.

Сообщение отредактировал Морган - Jun 19 2008, 23:16
Top
Profile Card
+
Lyencha Borz
post Jun 20 2008, 00:45
Отправлено #37


Group Icon


Пол: женский

Сообщений: 851
Из: Visita Interiora Terrae; Rectificando Invenies Occultum Lapidem
Status: Offline



Ну и давать намёк на то, что скоро им кто-нибудь составит компанию?
Top
Profile CardEmail Poster
+
Морган
post Jun 20 2008, 20:14
Отправлено #38


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Ну, теперь-то исследования надолго заглохнут...
С другой стороны, была у меня идея, зря не воплотил, сделать больше "ярких" огней - мол, "эксперименты проводились и раньше. И при Третьем Рейхе, и во время Холодной войны. Каждый раз они заканчивались одинаково. А впервые метод преобразования открыл ещё Тесла, когда изобретал телефон".
Top
Profile Card
+
Sinistra
post Jun 21 2008, 10:28
Отправлено #39


Group Icon



Сообщений: 114
Из: Novosibirsk by Night
Status: Offline



Рассказ, несмотря на оккультно-торсионную атрибутику, ассоциируется у меня с американской фантастикой 60-х (это комплимент).
[color=gray]
И я-то думала, что Кошка Шредингера – мысленный эксперимент, но реальность рассказа жестока :) [/color]
Top
Profile CardEmail Poster
+
Морган
post Jun 21 2008, 10:55
Отправлено #40


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Под фантастов и косил... Недавно вот "Нулевой потенциал" прочитал - проникся.

А кот Шредингера, чей пол не определён в виду англоязычной неопределённости - это умозрительный полушуточный парадокс.
Но если уж профессор Трисмегист заставил работать торсионные поля, то и с котом как-нибудь сладит.
Top
Profile Card
+
Sinistra
post Jun 21 2008, 12:47
Отправлено #41


Group Icon



Сообщений: 114
Из: Novosibirsk by Night
Status: Offline



[color=gray]Говорят, это была кошка
[url=http://ru.wikipedia.org/wiki/Кот_Шрёдингера#cite_note-0]http://ru.wikipedia.org/wiki/Кот_Шрёдингера#cite_note-0[/url][/color]
Top
Profile CardEmail Poster
+
Морган
post Jun 22 2008, 16:35
Отправлено #42


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Ну, я-то читал ознакомительный материал по этому "опыту" на английском, там было просто "cat", без указания пола.
Значит, всё же кошка... Будем знать.
Top
Profile Card
+
Морган
post Sep 7 2008, 12:59
Отправлено #43


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Пришла мне в голову странная идея для рассказа.
Рассказ получился бредоватый, ещё он, по традиции, не вычитанный, и состоит по большей части из диалога. Но мне понравилось то, что получилось.

[b]Пьесы и роли[/b]

Секретный агент Британской разведки сидел напротив злого гения, как и много раз до этого.
Конечно, то были другие злые гении. С другими планами, с другими лицами… Агент помнил только их отличительные черты. Белый кот на руках, стеклянный глаз или что-нибудь в подобном роде.
Отличительной чертой этого злого гения, насколько понял агент, были зеркальные очки в железной оправе. Зеркала были ровные, так что агент мог видеть в них своё отражение.
Его немного нервировало, что злой гений мог видеть его глаза, а он его – нет.
Агент много раз бывал в подобной ситуации, он знал, чего ждать и как себя вести.

- Сигару? – предложил злой гений, доставая серебряный портсигар из ящика роскошного письменного стола из красного дерева. - О, не волнуйся, никакого отравленного дыма или пороха в табаке, - поспешил сказать он, видя замешательство агента. - Выбери две сигары. Одну из них выкурю я, другую – ты. Уверяю тебя, - продолжил он, отрезая кончик сигары ручной гильотинкой и передавая её агенту, - Я бы никогда не опустился до подобной… как это по-английски?
- Подлости? – предположил агент, прикуривая сигару от зажигалки-пистолета.
- Нет, нет… - злой гений щёлкнул пальцами, - Вспомнил! Театральности. Я бы никогда не опустился до подобной театральности.
- До сих пор ты действовал вполне театрально, - заметил агент, - Все эти взрывы, угрозы ООН. Особенно удались зловещий смех и немецкий акцент.
- Это другое. Я всего лишь действовал по правилам. Сейчас я могу немного отступить от них.
- Что ты имеешь в виду?
- Согласись, я действовал совершенно нелогично. Остров в Тихом океане, армия миньонов, те же взрывы, как ты метко заметил… - Злой гений вздохнул, видя недоумение на лице агента, - Я вижу, ты не совсем понимаешь. Представь, что ты стоишь во главе огромной организации и готов преступить любые законы, в том числе и моральные. Что бы ты сделал, чтобы получить очень много денег и власти?

Агент задумался. Раньше подобного, кажется, не случалось. Все злые гении, которых он помнил, были абсолютно уверены в идеальности своих планов.

- Я бы постарался провернуть всё как можно менее заметно для властей, по крайней мере. Вероятно, попытался бы внедрить своих людей в правительственные структуры…
- Именно, именно. - Перебил его злой гений. - Обеспечить себе надёжные тылы, поддержку власть имущих, и стать серым кардиналом. Потом, если очень хочется признания и славы, занять высокий пост легальным путём… И уж всяко не идти напролом, угрожая ООН. Это бессмысленно. Особенно принимая во внимание судьбы прочих злых гениев. Однако тут есть один тонкий момент… Я уже говорил тебе о том, что следовал правилам. Так вот, пока я следую правилам, мои противники тоже не нарушают их. Скажи мне, что мешало сбросить на этот остров пару бомб?
- Ну… - Агент удивился вопросу. Действительно, почему бы не сбросить на остров пару бомб, раз уж всё равно здесь всё взорвётся, когда у комплекса сработает система самоуничтожения?
- Тому на самом деле нет никаких причин, - продолжил злой гений, с видимым удовольствием затянувшись сигарой, - У меня нет авиации, ПВО, у меня нет химического, бактериологического или атомного оружия. Взрыв этого острова означал бы лишь уничтожение острова, что, в общем, устраивает твоё начальство, насколько я могу судить. С ООН после моих демонстраций тоже не должно было быть проблем. Конечно, я мог бы уйти, но я и так всегда ухожу, ваши люди не могли этого не учесть. Итак, парой бомб можно было покончить со всеми проблемами разом. Однако вместо этого сюда посылают тебя. Одного человека, пусть и лучшего агента разведки. Ты ведь лучший?
- Насколько мне известно.

Злой гений кивнул.

- Других против злых гениев не посылают. Итак, действия твоего начальства выглядят нелогичными. – Злой гений сделал эффектную паузу, - Ровно так же, как и мои.
- И какова же причина этих действий? – Агента против воли крайне увлёк этот разговор, так не похожий на его диалоги с прочими злыми гениями, полные взаимных издевок и открытых угроз.
- Всё просто. Они тоже следуют правилам.
- Ты уже дважды упомянул правила, но так и не сказал, что ты имеешь в виду.
- Всё развивается по определённому сценарию, повторяющемуся раз за разом, раз за разом. Уж ты-то мог это заметить… Для иллюстрации подведём итог твоим действиям. Поправь меня, если я где-то ошибусь. Итак, первое действие. Тебя отрывают от заслуженного отдыха неким нетривиальным способом и говорят, что ты нужен своей стране и всему миру. Действие второе. Ты получаешь у чудаковатого учёного разные гаджеты, замаскированные под обычные, не вызывающие подозрения вещи. Большая часть гаджетов кажется не имеющей практического применения, но, рано или поздно, ты применяешь их все в сражениях с моими людьми или при бегстве от погони.
- Не все, - агент стыдливо спрятал зажигалку-пистолет подальше.
- О, до конца ещё полно времени, - отмахнулся злой гений, - Ещё успеешь. Так, на чём я остановился? Ах, да, действие третье. Впрочем, с этого момента последовательность условная, потому что события могут происходить в произвольном порядке. Но для удобства оставим. Итак, в третьем действии ты переживаешь первую атаку моих людей и сталкиваешься с одним из моих экзотических иностранных помощников.
- Японец с лезвием в шляпе, - кивнул агент.
- Неважно. Не отвлекай меня. Действие четвёртое. Ты встречаешься с моей любовницей и переманиваешь на свою сторону, очаровав своим шармом. Действие пятое. Ты узнаёшь подробности моего злодейского плана и координаты моей крепости…
- Четвёртое и пятое действие можно объединить.
- А, этот сценарий, - задумчиво кивнул злой гений, - Понятно, понятно… Переформулируем. Действие четвёртое. Ты встречаешь мою любовницу, переманиваешь её на свою сторону, очаровав своим шармом и заставляешь её выдать мои секреты.
- Извини, ничего личного, - пожал плечами агент.
- Брось, - поморщился злой гений, - Как ты понял, я знал это уже давно. Более того, я принял это в расчёт на стадии планирования.
- Надеюсь, с ней ничего не случилось?
- За кого ты меня принимаешь? – возмутился злой гений.
- За эгоистичного маньяка с манией величия, - любезно ответил агент. Он вновь почувствовал уверенность. Была затронута привычная тема – моральные качества злого гения. Сейчас ему положено возмутиться, заорать что-нибудь вроде «Ты считаешь, что я безумен?! О, они тоже считали меня сумасшедшим! Но я им докажу!»…
- Возможно, - пожал плечами злой гений, - Но не настолько, чтобы получать удовольствие от мести за измену, которую я предвидел и на которую рассчитывал. Это было бы нелогично даже для меня, тебе так не кажется? Впрочем, не будем об этом больше. Могу тебя уверить, что она жива и здорова, и даже не подозревает, что я знаю об её измене. Продолжим. В пятом действии ты прибываешь на мой остров, минуя морские патрули на подводной лодке или десантируясь с парашютом. Действие шестое. Ты пробираешься в мою крепость, маскируясь под охранника или же пробираясь тайно, убивая всякого, кто тебя заметит. Вообще-то, именно второй вариант ты и реализовал. Ты даже тела не спрятал, так, оттащил в ближайший угол.
- Это всегда работало.
- Ещё одно правило. И, наконец, в седьмом действии ты попадаешь в плен, оглушённый одним из моих экзотических иностранных помощников, и предстаёшь передо мной, а я угощаю тебя сигарой и веду светскую беседу. Я ничего не упустил?
- До прибытия на остров я убил того индуса.
- А, смерть одного из экзотических иностранных помощников. Впрочем, в схему это всё равно укладывается, как ты понимаешь. А теперь ответь мне на вопрос: что произойдёт дальше?
- Ты расскажешь мне оставшиеся детали своего злодейского плана, поместишь меня в ловушку, из которой, на первый взгляд, нет выхода, сам уйдёшь в главный зал, я сбегу, найду тебя, тут как раз подоспеет армия, завяжется бой, в суматохе я нажну кнопку отмены твоего злодейского плана, а ты либо упадёшь в пропасть или чан с бурлящей жидкостью, либо будешь погребён под грудой обломков, либо с позором сбежишь. После этого запустится программа самоуничтожения комплекса, я быстро побегу к выходу и в последнюю секунду каким-либо образом исчезну с острова, - уверенно ответил агент. Подобные истории всегда развивались именно так.
Злой гений согласно кивал, пока говорил агент, а затем улыбнулся. Это была не зловещая ухмылка, и не безумный оскал, а скорее тёплая улыбка учителя, довольного своим учеником.
- Ты пропустил светскую беседу. Важная часть истории, между прочим. Но не будем отступать от правил. Ты хотел услышать подробности моего злодейского плана. Пойдём, лучше я покажу тебе комплекс. Это более наглядно. Вам там, в разведке, тренировали память?
- Да, конечно.
- Тогда тебе не придётся искать карту, чтобы добраться до главного зала.

Злой гений встал тяжело опираясь на резную трость, и прошёл в ближайшую дверь, автоматически открывшуюся перед ним. В тот же миг рядом с ним возник, появившись, словно из ниоткуда, высокий тип в сером пальто и низко надвинутой широкополой шляпе, с шарфом, закрывающим половину лица.
Агенту не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ними.

- Это, кстати, мой третий экзотический помощник. Не иностранец, - представил высокого типа злой гений.
- Я понял, - отозвался агент.

Они шли по длинным пустым коридорам. Все двери открывались, стоило им пройти рядом, но ни один человек не встретился им на пути. Тишину нарушали лишь звуки их шагов, эхом отдававшиеся в пустом пространстве.

- Главный зал, - объявил злой гений, когда они вошли в просторное помещение, единственной примечательной деталью которого были навесные металлические мостики, лишённые перил.
- Почему здесь так пусто? – шёпотом спросил агент, боясь нарушить тишину, - Здесь же должны быть сотни людей, работающих над завершением твоего проекта. В конце концов, должна быть охрана.
- Здесь никого нет, - покачал головой злой гений, - Мы одни во всём комплексе, а скоро уйдём и мы.
- Но почему? – Дурное предчувствие овладело агентом. Ситуация давно стала нетипичной, но он старался до последнего не замечать этого.
- Потому что никакого злодейского плана у меня нет, - устало улыбнулся злой гений, - Ну, в привычном смысле, по крайней мере. Весь этот комплекс – грандиозный обман. Пустышка.
- Но… Этого не может быть! – возмутился агент, - Я же сам проводил расследование…
- Конечно, - злой гений вновь улыбнулся, - Ты действовал по всем правилам. Вот только я собираюсь их нарушить. Этого не могли предусмотреть ни ты, ни твоё начальство, ни ООН, никто. Я не собираюсь уничтожать мир, веришь ли, как не собираюсь и требовать выкупа.
- Что-то не верится, - дурное предчувствие всё усиливалось. Всё было не так, как должно быть, - Даже если комплекс пуст, у тебя должен быть другой план.
- О, у меня есть план. Конечно, у меня есть план. Ты говорил что-то об армии. Я рассчитываю, что она пребудет через час.
- Да, как раз, когда я сбегу из твоей ловушки…
- Ловушки тоже не будет, как ты мог бы уже понять. Ни ловушки, ни побега, ни нарушения моего плана. Потому что план другой.
- И каков же он?
- Всё просто. Комплекс не совсем пуст… Кого пошлют за тобой?
- Элитные части, конечно. В первую очередь Британская армия, Америка тоже подмажется, за ней потянутся другие члены ООН…
- Элитные части, именно. Они входят в комплекс, проходят по неохраняемым коридорам, кто-то нажимает одну из сотни нужных панелей, звучит взрыв, и элитных частей мировых армий больше не существует.
- Комплекс – это бомба? – Агент почувствовал облегчение. Что ж, это уже похоже на старые добрые злодейские планы.
- Ты должен понимать, что элитными частями армии не исчерпываются. Мне просто нужен эффектный жест. Это позволит мне выиграть время, введёт моих врагов в замешательство, и послужит сигналом для моих людей.
- И что станут делать твои люди, получив этот… сигнал?
- Убьют всех мировых лидеров и приближенных к ним лиц. Надо заметить, что мне понадобилось много времени, чтобы вычислить всех серых кардиналов, обладающих реальной властью.
- Это похоже на злодейский план, - заметил агент, - Ты вроде бы говорил о нарушении правил.
- О, это и есть злодейский план. Я не могу отказаться от своей сути, если ты понимаешь, о чём я говорю, - агент понимал. Это его пугало, - Есть, правда, одна мелкая деталь. Как ты заметил в нашей светской беседе, логичнее с моей стороны было бы внедрить моих людей в правительственные структуры. Что ж, я это сделал. Иначе бы как я получил всю информацию о сильных мира сего? Получив сигнал, они убьют всех, стоящих у горнила власти, осечки быть не должно.
- И зачем тебе это нужно? – спросил агент, как спрашивал уже множество раз самых разных злых гениев.
- Я устал, - ответил злой гений, тяжело садясь в кресло руководителя проекта, - Боже, как я устал. Ты хоть представляешь, каково это – семь раз кирпичик за кирпичиком строить Империю зла, вынашивать злодейский план, каждый раз заново, а потом смотреть, как всё, что ты создал, разрушает один человек? Я устал. Устал от интриг, устал от злодейского смеха, устал от ООН и агентов, которые, кажется, никогда не меняются, сколько бы лиц ни носили… Но больше всего я устал от смертей. Трупы, трупы, трупы, и ради чего? Ради эффектности! – злой гений буквально выплюнул это слово, вскочил и грозно вскинул трость, словно желая пронзить невидимого зрителя. Но затем он вновь обмяк и сел в кресло, совершенно обессиленный. Он снял зеркальные очки и потёр переносицу. Агент заметил, что на месте правого глаза злого гения блестел серебряный доллар, - У меня был кот, - после продолжительного молчания сказал злой гений, - Серый. При последнем воплощении плана он погиб… Во взрыве. А я вот лишился глаза. Зачем я вставил в него монету? Не помню, не помню… Эта монета – моя отличительная черта, как ты понимаешь… У нас ведь даже лиц нет, только эти черты. Зачем они? Кому нужно нас различать? Я устал быть злым гением, мистер агент. И я вижу только один путь уйти.

Агент потрясённо слушал эту тираду. Затем, когда молчание затянулось, он почувствовал необходимость хоть что-то сказать.

- Ты мог бы, не знаю, просто прекратить заниматься всем этим. Сменить лицо – для тебя это не проблема. Заняться чем-нибудь другим.

Злой гений мрачно улыбнулся.

- Не считай меня дураком. Я злой гений, donnerwetter, и я не дурак. Я пытался. Пытался стать обычным человеком, заработал себе определённую репутацию, стал уважаемым бизнесменом. Веришь ли, моя фирма занимается производством шампуня. Ты, быть может, даже пользуешься моей продукцией. Но уйти не так-то просто. Роли выбираем не мы, и я вновь стал злым гением. Я видел подходящих людей. Новый начальник охраны? Donnerwetter, да это же идеальный человек на пост главного помощника злого гения! Телохранители? – злой гений кивнул в сторону высокого типа, - В их личных делах значились, помимо прочего, два качества: излишняя любовь к насилию и склонность к превентивным мерам. Я видел возможности. Вот остров в Тихом океане, который можно купить по смешной цене. Вот генерал, который за хорошие деньги не прочь продать пару сотен списанных ружей. Вот атомная бомба, которая практически не охраняется по каким-то неясным причинам. Я был злым гением слишком долго, чтобы просто игнорировать подобные вещи… - злой гений поднялся. Казалось, он постарел на много лет. Стало заметно, что он сильно хромает, и трость нужна ему не ради поддержания стиля, - Идём, у нас осталось не так много времени на разговоры.
- Но чего ты пытаешься добиться своим планом? – Агент поспешил за злым гением, стараясь не упустить ни единого его слова. Что-то изменилось, что-то было не так, как всегда. Агент чувствовал важность происходящего, хотя не мог объяснить её.
- Я хочу погрузить мир в хаос. Я надеюсь создать… нестабильную ситуацию. Когда старые правила будут сломаны, а новые ещё не возникнут. Миг неопределённости, миг свободы, когда я смогу сделать собственный выбор, взять ту роль, что привлекает лично меня.
- Тысячи людей погибнут.
- Ты говоришь это человеку, семь раз пытавшемуся уничтожить мир ради пары миллиардов долларов. Мои мотивы сугубо эгоистичны, я не скрываю этого и не прячусь за маской благородства или бунтарства. Объективности ради стоит заметить, что, когда мир погрузится в хаос, не только я смогу надеть другую маску, но и все прочие люди. Впрочем, это не имеет особого значения, так как они всё равно не поймут природы перемены.
- Остальные тоже… играют роли?
- О, своя роль есть у каждого. Драматическая, к примеру. Ты знаешь. Все эти маленькие бытовые истории, которые так трогают сердца чувствительных людей. «Вдовец встречает хорошенькую девушку, которая ему нравится, но он боится потерять её, и поэтому не подпускает к себе» и тому подобное. Роль некоторых сводится к роли жертвы. «Очень необычные раны. Как будто его разорвали когтями, но таких больших животных просто не существует». Хотя большинство людей всё же простые статисты. Они существуют только для того, чтобы создавать иллюзию жизни, чтобы насытить этот мир деталями. Мелькать на заднем плане, оттеняя более значимых героев, прости мою нескромность.
- Но для кого создавать? Кому оттенять?
- На это есть несколько теорий, но кто может сказать, что правда, а что нет?..
- Тогда как можно утверждать, что люди действительно играют навязанные им роли?

Злой гений остановился и внимательно посмотрел на героя единственным глазом.

- А разве ты не чувствуешь этого, мистер агент?

Дальше они шли молча.

Наконец они миновали последнюю дверь, выходившую на крышу. Чуть поодаль дожидался своего часа вертолёт.

- Вот и мой транспорт, - сказал злой гений, - Здесь нам придётся расстаться.
- Ещё несколько вопросов, если можно, мне всё ещё кое-что не ясно.
- Задавай, конечно, - махнул рукой злой гений.
- А что, если твои действия всё равно не выходят за рамки роли? Что, если я избегу смерти и остановлю твой план, обезвредив бомбу в последнюю секунду?
- Учитывая, что мой помощник сейчас тебя пристрелит, это маловероятно, но я понимаю, что ты имеешь в виду. Если мой план провалится, это будет значить, что я совершил ошибку в расчётах. Учёл не все факторы, не смог нарушить правила. Я готов платить за свои ошибки. Возможно, я вновь избегу правосудия и вернусь через пять или десять лет. Возможно, я перестану быть возвращающимся злодеем и умру, упав с большой высоты или сгорев вместе с вертолётом. Это риск, но я готов на него пойти. В конце концов, я обрекаю на смерть тысячи людей, было бы неуважительно не поставить на кон и свою.
- Ты знаешь, что всё может провалиться, но всё равно хочешь рискнуть?
- Последние шесть раз мне это не мешало, - улыбнулся злой гений, - Первый раз не считаем, по понятным причинам.
- А что, если мига неопределённости, которого ты ждёшь, не будет? Что, если ты так и останешься злым гением в новом мире? Или же тебе будет навязана иная роль, которую ты не выбирал?
- Это часть риска. Что тут скажешь? Я ни в чём не уверен, время уверенности прошло. Я рискую большим, чем жизнь, я рискую своей ролью, архетипом, если тебе угодно. Теперь у меня нет ничего, кроме надежды на успех. Надежды иррациональной, возникшей из догадок и смутных теорий. У тебя есть ещё вопросы? Боюсь, время поджимает.
- Это всё.

Злой гений кивнул.

- Чем бы не обернулось дело, знай, мне было приятно говорить с тобой… Наверное, мне просто надо было выговориться, а кто, как не агент поймёт злого гения? Спасибо, что выслушал меня. Ты вёл себя идеально для своей роли.

- А ты перечеркнул свою.

Злой гений и агент улыбнулись друг другу.

Злой гений повернулся к вертолёту, собираясь уходить, но вдруг словно что-то вспомнил.

- Совсем забыл. Последняя дань традициям и правилам. Я сделаю тебе предложение, от которого ты, конечно, откажешься. Но не сделать его было бы неуважительно к тебе. Итак, старый добрый выбор, - злой гений откашлялся, - Присоединись ко мне или умри, - в его голосе послышались знакомые агенту злодейские интонации, - Разумеется, ты выберешь последнее, и мы узнаем, удался ли мой план, - добавил злой гений своим обычным голосом.

Агент не ответил. Он вспоминал всех своих любовниц, которые либо трагически умирали, либо бесследно исчезали к появлению следующего злого гения. Он вспомнил все безумные и нелогичные гаджеты, которыми его снабжал чудаковатый учёный. Он вспомнил, что ещё ни разу ему не удалось как следует отдохнуть – всегда его отдых прерывался появлением очередного злодея. Чего он не мог вспомнить, так это когда в последний раз испытывал страх или хотя бы чувство опасности. С какими бы трудностями он ни сталкивался, с какими бы врагами он ни сражался, на память о них оставалась лишь пара ссадин. Или, быть может, эффектно выглядящий шрам. Но не теперь. Он знал, что высокий тип, стоящий по левую руку от злого гения, держит руку на рукояти пистолета. Он знал, что неведомые правила нарушены, и ни в чём нельзя быть уверенным. И ещё он знал, что вскоре сыграет свою роль до конца. Старых агентов не бывает. Какая роль достанется ему? Этого он знать не хотел.

- Я принимаю твоё предложение, - наконец ответил он.
- Что, прости? – на лице злого гения впервые появилось выражение удивления.
- Я лечу с тобой. В новый мир, в миг неопределённости.
- Ты готов ради этого положить на алтарь тысячи людей?
- Все мы носим роли. Ты убил тысячи статистов, я убил тысячи миньонов. Я забыл разницу.
- Не боишься, что это будет другая роль, роль правой руки злого гения, перебежчика от хороших парней?
- Не боюсь, - улыбнулся агент, - Ведь мы будем на равных. Никакой субординации, просто два старых актёра. Ты же сам хотел нарушить правила.

Злой гений рассмеялся. И в этом смехе не было ничего злодейского.

- Неплохо, неплохо. Почему бы и нет, в конце концов? Как твоё имя, агент?
- Макс, хотя меня так никто не зовёт. Имя не слишком… эффектное.
- Роджер. Фамилии значения не имеют. А этого парня зовут Фридрих. По крайней мере, так значилось в его досье, - Роберт указал на своего телохранителя, - Он не слишком многословен, как ты понимаешь.

Макс и Роджер пожали руки.

Через двадцать минут над островом прогремел взрыв. Он был не слишком эффектен, просто мгновенная смерть множества людей в облаке огня и дыма. С вертолёта, летящего к ожидающему его авианосцу, взрыва было почти не видно.
Top
Profile Card
+
Морган
post Mar 25 2009, 18:51
Отправлено #44


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Придумалось.

Центр Вселенной

Жил как-то в великой Поднебесной Империи один чиновник. Из семьи не богатой, но уважаемой. Служил в чине не высоком, но важном.
И верил тот чиновник, что мир – это лишь его сон, и все прочие люди сотворены им же, и что вся Вселенная вертится вокруг него. К вере своей, однако, он относился с иронией, понимая, что сны – снами, но жить как-то надо.
Был тот чиновник человеком весьма начитанным и умным и любил собирать в своём доме людей столь же образованных, дабы вести с ними учёные беседы на самые различные темы. Надо отметить, что гости знали о его вере. Он любил о ней говорить.
Но был у него один порок: обладал чиновник нравом скверным и часто не мог сдержать себя, когда дело касалось доказательства его правоты. Всегда хотел за собой последнее слово оставить.
А потому учёные беседы часто оборачивались яростными спорами.
Но хоть и обладал чиновник скверным нравом, человеком он был хорошим и не любил, когда гости уходили от него, затаив обиду.
И потому, когда спор приближался к той черте, когда слова уже нельзя будет взять назад, чиновник внезапно умолкал, глубоко вздыхал, становясь раза в два себя больше (а он и так-то был человеком немалых размеров), гневно сверкал глазами и громогласным голосом вопрошал: «Кто центр Вселенной? Я центр Вселенной!».
После чего тихо смеялся, давая гостям понять, что то была лишь шутка.
Гости, помня о вере хозяина и об ироничном его к ней отношении, смеялись. Спор терял ярость и накал и вновь оборачивался спокойной беседой, достойной учёных мужей.
А потом о чиновнике узнал император. И велел казнить его. Потому что неправильно это, верить в то, что великая Поднебесная империя вертится вокруг какого-то чиновника.
Чиновник умер, и вместе с ним исчез мир, центром которого он был.
Top
Profile Card
+
Морган
post Sep 15 2009, 01:00
Отправлено #45


Group Icon



Сообщений: 678
Из: Города
Status: Offline



Своего рода стёб.

[b]Постмодернизм[/b]

[i]Этот роман вместил в себя всю литературу со всеми её стилями и техниками письма и выразил всё, что искусство способно сказать о человеке.

- Аннотация одного романа[/i]

Всё началось со звонков.

Ричард был литературным критиком в крупном журнале, так что не слишком испугался. Гневные письма и звонки были частью его работы. Случались они не очень часто, но всё же имели место.
Угрозы, которые ему время от времени приходилось выслушивать, Ричард не принимал всерьёз. У большинства тех, кто имел наглость считать его своим врагом, не хватило бы духу действительно что-либо предпринять, благо их было бы нетрудно вычислить.

Однако в этот раз со звонком было нечто странное. Не было ни гневных отповедей, ни обещаний расправы, ни оскорблений. Неизвестный просто оповестил Ричарда, что скоро придёт к нему или, возможно, за ним. И произнёс фразу, которую критик сразу опознал как известную цитату, хотя почему-то и не смог вспомнить ни источник, ни автора.

Именно последнее оскорбило его до глубины души. Ричард привык считать себя многоопытным критиком, человеком эрудированным и начитанным. И потому подобная забывчивость не могла оставить его равнодушным.

Вначале он пытался найти источник цитаты самостоятельно. Вновь и вновь он пытался понять по стилю фразы, из-под чьего пера она могла выйти. Перелистывал горы книг, искал в Интернете, но всё было напрасно.

Сдавшись, он спросил совета у коллег.
«Шекспир», - сказал один, услышав фразу.
«Лондон», - не согласился другой.
«Совершенно точно Гёте», - высказал своё мнение третий.

Звучали самые разные версии, называлось множество имён, принадлежавших заслуженным классикам. Однако, истину установить так и не удалось.

Кто-то высказал подозрение, что цитата могла быть из чьих-либо черновиков. Хотя и трудно было поверить, что кто-то мог исключить из законченного произведения столь отточенную и изящную фразу, это объяснило бы и смутное ощущение чего-то знакомого, и неизвестность цитаты столь образованным людям.

Однако же и в черновиках её обнаружить не удалось.
Вскоре большинство коллег Ричарда выкинуло странный случай из головы, благо у них хватало своих дел. Для Ричарда же поиск источника цитаты стал своего рода навязчивой идеей, постоянно подкрепляемой новыми звонками.

Да, звонки продолжались. Конечно, Ричард мог бы сменить номер телефона или обратиться в полицию. В конце концов, он мог бы хоть кому-нибудь рассказать, в каких обстоятельствах услышал ту фразу. Но он лелеял надежду, что характерная интонация, с которой неизвестный цитировал не менее неизвестное, хоть и смутно знакомое произведение, поможет Ричарду вспомнить источник или, по крайней мере, наведёт на нужный след.

Постепенно характер звонков менялся. Всё так же неизменно звучала цитата, однако помимо неё и лаконичного обещания прийти за Ричардом, неизвестный с каждым разом говорил всё больше. Он в красках описывал сцены из жизни Ричарда, что могло означать лишь постоянную слежку за ним.

Именно тогда Ричард почувствовал страх. До этого звонки были… занятными. Ему нравился вызов его интеллекту и эрудиции, и он даже был в некотором роде благодарен неизвестному. Теперь всё изменилось. Если кто-то следит за ним, причём, судя по всему, постоянно, он может решиться на большее.

Однако, он по-прежнему не желал прерывать звонки или обращаться в полицию. Пожалуй, он сам не понимал, насколько болезненным стало его желание найти источник цитаты.

Так как звонили не только на домашний телефон, но и на мобильный, Ричард решил, что ему следует взять отпуск и уехать из города, по возможности соблюдая различные предосторожности, чтобы за ним не могли проследить. Он мог бы навестить родной университет, славящийся своей библиотекой, в которой наверняка найдётся загадочное произведение. А звонки продолжатся, что поможет ему в работе. Так он сможет держать всё под контролем, верно?

Звонки действительно продолжились, и слежка тоже.

Посещение университета не дало результатов, а тем временем неизвестный, казалось, узнавал всё больше о Ричарде. По его словам можно было судить, что слежка продолжается даже тогда, когда Ричард остаётся один в номере мотеля с задёрнутыми шторами.

Рассудок Ричарда к тому времени помрачился. Погоня за навязчивой идеей не лучшим образом сказалась на его восприятии. Поэтому ему показалось хорошей идеей не возвращаться домой, но пуститься в бега, постоянно переезжая с места на место, проводя дни в городских библиотеках в попытке разгадать тайну цитаты.

И ничем иным, кроме как помрачением сознания, нельзя объяснить спокойную реакцию Ричарда на заявление неизвестного о том, что он-то, неизвестный, и является автором фразы.
Более того, Ричард ни на секунду не усомнился в своём предположении о том, что цитата принадлежит одному из почивших классиков. И, таким образом, он уверился, что за ним по пятам с неясной целью идёт мёртвый писатель, причём не из последних. Более того, это только обрадовало Ричарда, поскольку он решил, что неизвестный, раз уж он автор цитаты, рано или поздно может дать намёк на источник, а то и сказать название произведения, вышедшего из-под его пера. Вряд ли намеренно – если бы это входило в его планы, разве он не сказал бы раньше? Но, быть может, случайная оговорка…

Ричард бежал от мёртвого писателя, в то же время боясь потерять с ним связь. Он уже не отдавал себе отчёта в своих действиях. Не пытался найти оправданий странному поведению. Не замечал маниакальной страсти, сменившей простое желание найти источник столь смутно знакомой цитаты.

На своё безуспешное, судя по звонкам, бегство, Ричард без тени сомнения тратил сбережения, отложенные на старость.

Теперь Ричарду звонил не только неизвестный, но и коллеги, и друзья, обеспокоенные странным поведениям в прошлом тихого критика. Каждый раз он спрашивал у них, узнают ли они цитату. Не получив нужного ему ответа, он обрывал связь, с нетерпением ожидая звонка от мёртвого писателя, пока что хранившего свою тайну.

В конце концов, он оказался в заброшенном здании, предназначенном на снос. Сюда привели его не поиски источника, но бегство, со временем ставшее столь же безумным, как его навязчивая идея. Вновь звонил неизвестный, сообщивший Ричарду, что бегство закончилось, что он уже рядом, и скоро они встретятся лицом к лицу. Он сказал, что очень разочарован неудачей Ричарда.

Ричард стоял у окна, напряжённо высматривая своего преследователя сквозь пыльное стекло, и в последний раз обзванивал знакомых в тщетных поисках ответа.

- Это Шекспир, - рассеянно звучал голос Гарри, чьё лицо Ричард успел забыть, - Слушай, прекращай это. Ты действительно пугаешь нас…

- Это не Шекспир, - отозвался Ричард, наконец, увидевший лицо своего преследователя. Теперь всё стало ясно. Конечно, кто ещё мог вложить в одну фразу весь пласт классической литературы? Пусть даже посмертно, что и объясняло неизвестность цитаты, - Это Джойс.
Top
Profile Card
+

 Topic Options
1 чел. читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
0 Пользователей:
 


Упрощённая версия